Людмила Бабушкина: Ситуация сложная, тем более там, где эта должность выборная

Женщины берут власть в свои руки в буквальном смысле: среди депутатов районных и поселковых дум их уже зачастую больше, чем коллег-мужчин. Но чем выше уровень, тем меньше дам в политике: корочки спикера региональной Думы есть лишь  у пяти представительниц прекрасного пола. В рамках проекта «Женщины в политике» «Итоги.ФедералПресс» обсудили с руководителем Свердловского заксобрания Людмилой Бабушкиной искусство работы в «мужской политике».

Что дамам в политике удается лучше, чем мужчинам, что хуже?
Мы просто разные: в решении вопросов, в подходах к стратегическим и  текущим задачам. Не хочу умалять способности мужчин – у них много хороших качеств, которым стоит поучиться женщинам. Но есть положительные качества и у дам: умение спокойно просмотреть далеко вперед ту или иную проблему. Думаю, в политике должны быть и мужчины, и женщины, чтобы вопросы решались не однобоко.

Дело только в умении прогнозировать события?

Есть другие качества: женщины более внимательны к мелочам, а мужчины больше готовы стратегически мыслить. Даже можно сказать, что мужчины предпочитают заниматься стратегическим планированием.

Этим можно объяснить тот факт, что за финансы в Свердловской области отвечают именно дамы: раньше Мария Серова, сейчас Галина Кулаченко и Светлана Климук.

Почему же, пост министра финансов в совсем недавнем прошлом занимал мужчина. И он работал весьма неплохо.

Так или иначе, женщина на руководящих постах в политике – по прежнему редкость.

Почему же. У нас, в Свердловской области, из полутора тысяч депутатов в представительных органах местного самоуправления около 400 женщин. Это сколько процентов? Более 30! Чем ближе к населению, тем больше женщинам доверяют. Потому что с ними общаются, видят результаты их деятельности.

На кого Вы ориентировались, когда начали работать?

Так случилось, что я работала больше с мужчинами, так что в большей степени ориентировалась на мужской опыт. Пытаясь понять и логику, и психологию, и те мотивы, по которым принималось то или иное решение. Может быть, поэтому мне удавалось, и сейчас, мне думается, удается, с ними сотрудничать, договариваться и, может быть, перенимать какие-то черты.

Когда Вы впервые возглавили представительный орган, у Вас в подчинении была крайне лояльная ППЗС: представители лишь одной партии, не так много дискуссий…

Это только кажущееся впечатление. В Палате Представителей был непростой состав, все личности, все абсолютно самодостаточны. Каждый депутат имел свое мнение, и не всегда одно мнение было превалирующим. Кроме того «сенаторы», как любили называть депутатов Палаты журналисты, были очень профессиональными в своих сферах людьми. И работать с руководителями крупных промышленных предприятий, бизнеса, встраивать их в общую систему законотворческой деятельности было не так просто, как кажется на первый взгляд.

В ППЗС был чисто мужской коллектив, сейчас, в Заксобрании, есть и представительницы прекрасного пола. С женщинами работать проще чем с мужчинами?

У каждого есть свое собственное мнение, и на мой взгляд, если не можешь, не умеешь грамотно аргументировать свою позицию, убеждать, то работать одинаково сложно. Нужно очень серьезно работать над собой, чтобы убедить что мужчину, что женщину, поступить порой не так, как они это себе видят.

Не всем это удавалось: достаточно вспомнить ситуацию с экс-мэром Нижнего Тагила Валентиной Исаевой.

Мужчины непросто воспринимают женщин-руководителей, тем более там где эта должность выборная. И мне непросто вписаться в мужскую когорту, вы были тому свидетелями. Когда нужно было сформировать новое Заксобрание, по-новому отстроить всю структуру работы аппарата, комитетов, комиссий были свои сложности.

Тогда появлялась информация, что и в Москве Вашу кандидатуру на пост спикера долго согласовывали

Я об этом ничего не знаю. Признаться честно, я вообще много интересного про себя узнаю из СМИ. При этом я не комментирую, что правда, а что нет, но вижу, что спустя год работы количество депутатов, готовых огульно меня критиковать, заметно снизилось.

Критиковать в глаза или за глаза?

В глаза редко критикуют — только на заседаниях. А за глаза — всплески, безусловно есть, они подогреваются определенными личностями. В начале моей работы на посту председателя однопалатного Законодательного Собрания были публикации, которые даже унижали мое достоинство, мне было глубоко неприятно, что журналисты с удовольствием это писали, не взяв у меня комментарий.

Почему со временем перестали критиковать?

Я думаю, что изменилась сама обстановка в Законодательном Собрании, равно как и мое отношение к депутатам. Поначалу, при всем моем уважении к коллегам, я недостаточно времени уделяла общению с ними. Просто на это времени не было, ведь надо было отстраивать систему работы однопалатного парламента. И, возможно, я в какой-то степени обидела коллег тем, что в недостаточной степени объясняла свою позицию по тому или иному вопросу. Когда вся система была отстроена, я начала разговаривать с ними, с каждым депутатом. Сейчас сами коллеги отмечают, что благодаря нашему диалогу получается грамотнее и качественнее работать над законами, поскольку мы находим разумные компромиссы.

Вы вошли в тройку региональных политиков, хотя до этого у вас была и исключительно «рабочая» должность техника-нормировщика, потом работа в военном представительстве Министерства Обороны, а далее «экономическая» должность — заместителя управляющего свердловским управлением ПФР. Вы стремились в политику, или так получилось?

Мне интересно заниматься чем-то новым. Здесь я нашла то разнообразие, тот потенциал, к которому стремилась: и общение с людьми, и решение насущных вопросов, которого от тебя ждут люди, которые тебе доверяют.